И холодно,.и страх, и тяжело,
не зря же здесь в почёте Русский Бог,
сырая грязь забрызгала стекло,
Аллах поможет тоже, Он не плох,

а, собственно, где Бог и где Аллах –
они едины в существе своём,
Он в этих обретается полях,
Собою заполняя окоём.

Я помню, как сидели в мерзлоте,
в болоте стылом с коркой ледяной,
догадываясь, что ни те, ни те
не смогут замаячить за спиной

и вывести отсюда, чтоб предстать
сейчас же перед Богом напрямки,
вот чёртов поводырь – ни раб, ни тать
рассудку и порядку вопреки.

Отсюда вывод следует: тому
потворствовать, кто по природе слаб,
не нужно, совершенно ни к чему,
пусть лечит сам себя, ни вор, ни раб,

мы братьям нашим меньшим не должны,
пожалуй что совсем наоборот,
такие родственники не нужны,
и мы ни разу не один народ.

Пронзительнее ветра не бывать,
ну как же холодно, едрёна вошь,
сквозь сто одёж способен проникать
безжалостный горизонтальный дождь,

не так ли беды, скопище невзгод
пронизывают всё моё нутро,
я этой мукой маюсь третий год,
взимаю зло в уплату за добро,

и было б худо, если б не друзья,
не понимание того, что есть
на свете горе, что сравнить нельзя,
есть Божья правда и казачья честь.

Ну ладно, хлопцы, полно отдыхать,
похоже, не сложилось рандеву,
ещё проедем километров пять
и снова будем вызывать братву.